На Украине уже пятый день ведется военная спецоперация помощи Донбассу. Однако во всем мире эту ситуацию воспринимают иначе. Знают ли европейцы, за что они выходят на антивоенные марши?

Если попросить американца показать на карте Украину, возможно, немного подумав, он найдет ее где-то по северо-западному берегу Черного моря (помнит же про Крым). Но это только благодаря событиям 2014 года, когда Киев и города Восточной Украины прогремели на весь мир. Большинству же жителей западных стран неизвестно, где находится Украина. Так же, как и неизвестно, кто живет на Украине, с какой бедой она столкнулась тогда, в 2014 году, какой опасности подвергла сегодня своего соседа - Россию - и саму себя.

Впрочем, мы, в отличие от тех же европейцев, с легкостью покажем пальцем на главные (и не очень) столицы земного шара, и понимаем, в чем разница между войной и военной спецоперацией. Мы видели фильм Элена Климова «Иди и смотри», и не можем допустить ничего подобного ни у себя в стране, ни у братского народа. Так же мы видим, в какую сторону развивается европейский мир под ширмой демократии и мира - к разобщению, злости, отчужденности людей друг от друга, сомнительным ценностям и хрупкой идеологии.

Единственное, чего мы не можем понять - почему же европейцам не сидится на месте? Им важно высказать свое ценное мнение по любому поводу, причем высказать не мирно, а вполне агрессивно. Давайте вспоминать.

В мае 2020 года на улицах Миннеаполиса погиб Джордж Флойд - не самый примерный афроамериканский гражданин, долгое время стоявший на особом учете у местной полиции. Умер неприятно - полицейский Дерек Шовин встал коленом ему на шею, и удерживал дядьку почти восемь минут. Сегодня не ясно - задохнулся ли Флойд, или это все последствия ядерного коктейля наркотиков в его крови. Но его смерть буквально всколыхнула американское и западное общество (добралось и до нас, где афроамериканцев никогда особо и не притесняли и, более того, даже не видели до времен дружбы стран Африки с СССР). Обрело новую, невиданную силу движение BLM, по всей стране прокатились митинги, а чернокожих стали чаще показывать в кино. Стала ли жизнь простого афроамериканца из какого-нибудь Нью-Джерси проще? Об этом предпочитают не говорить.

Взять ту же Джоан Роулинг. Вот она, подарившая счастливое детство миллионам детей, в прошлом году оказалась «отменена» за нарушение прав меньшинств. Хотели бы сами меньшинства, чтобы к ним привлекалось настолько пристальное внимание, или они хотели бы стать полноценной частью общества, без контекстов между строк? Но на Джоан Роулинг ополчилось полмира за ее простую фразу, и сколько злости проснулось в людях на ровном месте?

Или вспомним уйгуров - западной пропагандой утверждается, что это несчастный притесняемый народ на северо-западе Китая. Быть может, уйгуру и нелегко живется - но разве проще, чем тому же маньчжурцу или тибетцу? Едва ли неравенство в Китае основывается только на основе народности или национальности. Рядовой европеец будет всей душой болеть за бедного уйгурца, не зная даже, где и как уйгурец живет, где работает и чем дышит. А главное - не знает, чем ему на самом деле можно помочь. Да и не особо знать хочет, ведь главное не помогать - а болеть душой, переживать, скандировать, быть в модном тренде.

Украинские митинги по всей Европе напоминают простой флешмоб. Случилось в мире что-то - надо зачекиниться в Инстаграме, занять вполне конкретную конформистскую позицию, быть на волне со всеми. Вот стояли в 2020-м на коленях в память о Джордже Флойде, так и сейчас стоят на коленях - за Украину, о проблемах которой забудут через несколько недель.

Перед тем, как защищать что-то с пеной у рта, лучше бы разобраться в том, что мы защищаем, как мы защищаем и, самое главное, что мы думаем о происходящем на самом деле - наши ли это мысли и желания?